Аneta

Перебирала книги домашней библиотеки и не нашла роман Артуро Переса-Реверте «Королева Юга»... вспомнила, что одолжила книгу подруге почитать и она не возвратила...


Обложка книги того издания была выдержана в стиле уважения к личности уроженца Картахены (Испания) знаменитого писателя и журналиста и к содержанию книги. Обложки в интернете не нашла, а те, что увидела - поразили дешевизной, китчем.
Книга произвела на меня впечатление о силе характера женщины в мужском ремесле. Нашла книгу в интернете и поискала баллады. Слова баллад незатейливы, но за ними судьбы простого народа.

И так! Встала, подошла к бару и вернулась с бутылкой «Эррадура Репосадо» и парой высоких узких стаканчиков, которые мексиканцы называют «кабальито». Если кому интересно, то второй стаканчик для Вас. У меня их 12 «кабальито», и я только что открыла бутылку.


Королева Юга - Тереса Мендос

Она появилась, когда колумбийские картели искали альтернативные пути в Европу. Она превратила неорганизованные перевозки наркотиков в четко работающую транснациональную корпорацию. Не только марокканский гашиш - в восточном Средиземноморье, она создала целую кокаиновую сеть. Вместе с солнцевской мафией вытеснила другие группировки, которые стремились пустить корни в регионе. Собственного товара у нее никогда не было, но почти все зависели от нее. По трупам своих мужчин бывшая девочка мексиканского контрабандиста восходила к вершинам власти и могущества. Она стала Королевой Юга. И о ней сочинили балладу, до сих пор запрещенную в некоторых странах мира.

Блондин Давила

В память о наших хороших минутах, девочка. В память о хороших минутах. Таким вот — отважным и безответственным — был Блондин Давила. Виртуоз «Сессны». «Король короткой рулежки». Блондин умел поднять свой самолет, битком набитый марихуаной или кокаином, с полосы длиной едва ли три сотни метров или носиться в кромешной ночной тьме, чуть не касаясь воды, через границу — туда и обратно, уклоняясь от радаров федеральной полиции и ястребов-перехватчиков ДЭА. Он умел жить на острие ножа, разыгрывая собственные карты за спиной хозяев. И умел проигрывать.


Голоса она не узнала. У Блондина были друзья, некоторые — верные, повязанные кодексом тех времен, когда они провозили через Эль-Пасо в Соединенные Штаты в покрышках своих машин пакетики с белым порошком. Это мог быть любой — может, Чистюля Росас, а может, Рамиро Васкес. Она не поняла, кто ей звонит, да это и не нужно, потому что смысл был совершенно ясен. «Блондина грохнули, — повторил голос. — С ним разобрались, и с его двоюродным братом тоже. Теперь настал черед семьи брата — и твой. Так что беги что есть мочи. Беги и не останавливайся».

Она представила, как этот человек кивает, внимательно слушая, в дыму, среди стаканов какой-нибудь таверны, сидя за столом напротив Блондина, а тот покуривает косячок, как обычно, закинув ногу на ногу: остроносые ковбойские сапоги из змеиной кожи, шейный платок под воротом рубашки, летная куртка на спинке стула, короткие светлые волосы, дерзкая, уверенная улыбка. Ты сделаешь это ради меня, браток, если меня грохнут. Ты велишь ей бежать и не останавливаться, потому что ее они тоже захотят убрать.