полный рот страха
Гусь — тот ещё монстр,
а для многих - так вообще источник панических атак ещё с детства.
Да и птица ли это вообще, с такими то зубищами?
Внутри клюва гуся — ряды острых зубов по краям,
а на языке ещё один ряд, загнутый внутрь, к горлу.
Смотрится как пасть какой-то глубоководной твари, случайно попавшая в тело деревенской птицы.
Но как у гуся вообще оказались зубы?
А вот никак.
Ни одного зуба во рту гуся нет.
И это делает картинку только страннее,
потому что тогда возникает следующий вопрос — а что это тогда такое и зачем оно ему?
По краям клюва идут зазубрины — плотные роговые выступы, ряд за рядом, часто их несколько десятков.
Издалека, особенно если у птицы ещё и розоватая слизистая внутри, они выглядят точь-в-точь как зубы в дёснах.
Но настоящий зуб — это сложная штука с эмалью, дентином, пульпой, нервом и кровоснабжением.
Здесь ничего этого нет.
Это просто рельеф самого клюва, как насечка на лезвии ножа.
На языке — второй ряд, те самые шипы, которые и производят главное впечатление.
Они мягче, чем кажутся, слегка гнутся и все до одного смотрят назад, в сторону глотки.
Так обычно бывает у каких-нибудь хищных рыб!
А на самом кончике языка есть ещё одна деталь, которую замечают редко:
твёрдая пластинка вроде маленькой лопатки.
Ею гусь подцепляет зерно и мелочь с земли.
Итого: ни одного зуба, зато три разных приспособления, и все — про одно и то же.
Дело в том, что гусь — это корова!!!
Гусь пасётся. Не клюёт, не выковыривает, не охотится — именно пасётся,
как овца или корова, часами выщипывая траву на лугу.
Среди наших птиц это редчайшая профессия: большинство пернатых собирает семена,
ловит насекомых или рвёт мясо, а вот жить на одной траве почти никто из них не умеет.
А трава — материал крайне неудобный.
Она жёсткая, волокнистая, скользкая, растёт вертикально и не отрывается:
если просто потянуть, она либо выскользнет, либо выдернется с корнем и землёй.
Её нужно именно срезать.
Корова решает эту задачу зубами и языком.
У гуся ни одного зуба, но задача-то стоит ровно та же самая — и решена она аналогом зубов.
Зазубрины по краям клюва работают ножницами:
гусь захватывает пучок травы, прижимает и дёргает головой в сторону, и зазубренные края срезают стебли.
Шипы на языке в это время держат добычу, не давая ей выскользнуть, —
а поскольку все они направлены назад, трава может двигаться только в одну сторону, внутрь.
То есть страшная пасть, которая выглядит как капкан хищника, — это на самом деле газонокосилка.
Секатор с транспортёрной лентой.
Зубов нет ни у одной современной птицы.
Ни у орла, ни у пеликана, ни у попугая, ни у страуса — вообще ни у кого.
При этом предки птиц зубами обладали, и прекрасными: птицы происходят от хищных динозавров,
а у тех с зубами всё было в порядке.
Есть даже переходные ископаемые формы, у которых спереди уже клюв, а сзади ещё зубы.
Когда учёные прочитали геномы почти полусотни видов птиц
— от орлов и дятлов до страусов и попугаев, — они полезли смотреть на гены, отвечающие за постройку зубов.
И нашли одну и ту же картину: у всех эти гены сломаны, причём поломки общие для всех птиц сразу.
Это значит, что зубы были потеряны один-единственный раз,
у общего предка всех современных птиц, примерно 116 миллионов лет назад.
Не постепенно, не по отдельности у каждой ветки — а разом, ещё в меловом периоде, при живых динозаврах.
Зачем птицы вообще от зубов отказались?
Одна из главных версий — время.
Закладка зубов растягивает развитие зародыша, а яйцо лежит в гнезде беззащитным,
и каждые лишние сутки в нём — это лишний риск.
Убрали зубы — вылупились быстрее.
Взамен работу зубов перенесли внутрь, в мускульный желудок:
птица глотает мелкие камешки, и эти камешки перетирают еду не хуже коренных.
Гусь, который щиплет траву, у себя внутри носит настоящую каменную мельницу.
Жернова просто переехали из головы в живот.
Забавно, но зубы гусю для нападения и не нужны, а репутация у него всё равно заслуженная.
Гусь — птица территориальная и на редкость упрямая, особенно весной, когда рядом гнездо, и особенно гусак.
Он не убегает от человека, а идёт на него: шипит, вытягивает шею, распахивает клюв.
Расчёт при этом чисто психологический — открытый рот в упор выглядит страшнее, чем есть.
Хватка у него, правда, крепкая, зазубрины удерживают кожу намертво,
и щипок такой оставляет знатный синяк, а иногда и ссадину.
Но перекусить он ничего не может,
потому что перекусывать ему нечем. Но больно от такого укуса — будет!