Литературный салон «Поэтические Блёстки»

Чудесную, невероятно красивую, замечательную и неподражаемую женщину поздравляю с днём рождения. От всей души желаю всегда быть яркой и вдохновляющей, словно весна, жаркой и весёлой, будто лето, своеобразной и необыкновенной, как осень, загадочной и чарующей, точно волшебная зима.

Дорогая Анета!

B. B. King - Happy Birthday Blues

Дорогая Анета, с днём рождения!
Желаю всяческих благ, хорошего
настроения и улыбок.

Сонет о дне рождения

Анета, день сегодня Ваш,
Нам тут поздравить Вас приятно,
Его мы не сдадим в багаж,
Так пропадёт он безвозвратно,

А заключим его в сонет,
В нём сохранится он надёжно.
Отправим сразу в интернет -
Там прочитать о нём несложно.

И этот день сияет пусть
С другими датами совместно,
Он начал Вашей жизни путь
На встречу с темою прелестной.

Её вы дарите всем нам,
Тут место прозе и стихам.

С днем рождения дорогая Анета,
радости , здоровья, Счастья и любви желаю!!!

Анета!

Пусть счастье, смех, любовь, тепло,
Веселье, радость и добро
Всю жизнь окутают твою,
Чтобы жила ты, как в раю.
Пусть балует тебя судьба
И в день рожденья, и всегда!

Имениннице просили передать

От тайного поклонника

Моя прелестная Анета,
Спешу поднять бокал вина,
Ты - восхищение поэта,
Ты быть прекрасной рождена.
Знаток искусства и ценитель,
Ты создала свою обитель -
Литературии салон,
О, как великолепен он!
Весь полон музыки чудесной,
Стихов, рассказов и картин,
И он нам всем необходим -
В нем всё свежо и интересно.
Желаю на твоем пути
Цветов, а ты для нас цвети!

16.03.2021

Успела!
А что, никто не танцует? Или музыканты решили перекусить?
Значит я как раз вовремя и хочу поднять тост за замечательную виновницу торжества.
*обвела всех присуствующих лучистым взглядом и добавила громко громко*
За Анету! За самую стильную и мудрую Диву нашего кинозала!



И они, а точнее ОНА среди нас! За Анету!
*бодренько подмигнула музыкантам, призывая их исполнить что-то весьма живое и энергичное*



Уверена, что добрых слов сегодня будет сказано немало, но буквы к сожалению не могу передать всю ту глубину чувств,
и наполненность сочными яркими ощущениями,
которое накрывает меня во время вдохновления твоими увлекательными эссе.
*подняв бокал Dom Pérignon повыше, из которого то и дело выпрыгивали радостные пузырьки,
она вновь обвела взглядом всех гостей, словно приглашая их принять участие в танцевальном вечере в честь именинницы,
и вновь воскликнула, переполняемая бурей восторгов и радости*
За Анету!

А теперь мои пожелания.
Это обычно ведь самая вкусная часть "марлезонского балета" Что можно пожелать Леди, которая повидала мир, освоила шахматы и актерское мастерство,
овладела талантами всевозможных литературных жанров,
увлекла сотни мужчин, и создала несколько сотен гениальных произведений?
Что? Вот и я не знаю, но мне бы очень хотелось, чтобы в один прекрасный погожий денёк где-то на Рижском взморье, мне повстречалась она... эфемерная, благоухающая, изысканная, но одновременно такая родная и ласковая.
И мы, привычно щебеча на всевозможные темы, отправились бы выбирать подарки.
Вы любите выбирать подарки? Лично я обожаю!
Это такое наслаждение, когда знаешь, чем можно порадовать человека ли как можно исполнить его мечту... Кайф!
Мне хотелось бы долго-долго бродить с тобой по улочкам старой Риги, рассматривать милые безделицы в витринах,
и делиться впечатлениями, коих у нас накопилось предостаточно.



В такой день можно посетить сразу несколько кафе, попадающих нам на пути.
Аромат чудесного кофе, любимые десерты, и шутки. Много много шуток и улыбок.



Но сегодня, в этот праздничный замечательный день, вокруг пусть шумят гости,
то и дело восклицая комплименты виновнице торжества.
Пусть играет Её любимая музыка.
Пусть наперебой Её приглашают кавалеры.
Пусть вносят букеты, подарки и прочие приятные сюрпризы.
Да будет День Рождения твой прекрасен, как ты сама, Анеточка!

Помнишь, день рождения, у тебя, хозяйка,
Учиняй застолье и встречай гостей,
Пусть звучит сегодня, в доме балалайка,
А светлица ломится от родных, гостей.

Вот в хрустальных кубках плещется играя,
Сок земли родимой - красное вино.
Это наша дружба, в сердцах прорастая,
Роднит и сближает нас давным-давно.

Пусть твоё сердечко не болит тоскою,
За прошедшим годом, ускакавшим прочь.
Ведь душа как прежде будет молодою,
Для неё нет старости, не наступит ночь.

Видишь, ведь и время, пред твоей красою,
Укротило силы, придержало власть.
И любимый счастлив, рядом быть с тобою,
Жизнь свою, не думая, за тебя отдаст.

Пусть же будет щедрою, за зимою следуя,
К тебе, дорогая, волшебница весна.
Заколдует, голосом, соловья наследуя,
И остатки зимнего, разметает сна!

Anomis сказал(a):

...
А что, никто не танцует? Или музыканты решили перекусить?
*бодренько подмигнула музыкантам, призывая их исполнить что-то весьма живенькое и ритмическое*

За Анету! За самую стильную и мудрую Диву нашего кинозала... Ура!!



Под бравурные звуки джазового оркестра, свингуя и пританцовывая, униформа выносит в зал огромный именной торт и прихлопывая, выстраивается вокруг десерта:
Танцуют все!
Кавалеры по-очереди галантно приглашают именинницу и настает время главного сюрприза: в руки берет микрофон специально приглашенный гость -
неотразимый Quincy Jones!
"One! Two! One, two, three, four...."

С днём рождения Анета!

Amy Winehouse - Love Is a Losing Game

Любовь - жестокая игра вдвоём

Я для тебя была огнём,
Любовь – жестокая игра вдвоём,
Ярким, пылающим костром,
Любовь – жестокая игра вдвоём,

Я никогда бы не играла,
Мы всё испортили сначала,
И наш последний крик о том:
Любовь – жестокая игра вдвоём,

И наша партия сыграна,
Любовь всухую проиграна,
Я всё поставила на кон,
Любовь – жестокая игра вдвоём,

С азартом влёк ты меня в глубь,
Стирая отношений суть,
Как был опасен водоём,
Любовь – жестокая игра вдвоём,

Понятен был сражения исход,
Любви, судьбе покорной срок,
И бьёт воспоминаний ток,
Любви, судьбе покорной срок,

Гремит печальный смех богов,
Ничтожность наших споров, слов,
И наш последний крик о том:
Любовь – жестокая игра вдвоём.

© БОРИС ПАСТЕРНАК

Отчаянные холода
Задерживают таянье.
Весна позднее, чем всегда,
Но и зато нечаянней.

С утра амурится петух,
И нет прохода курице.
Лицом поворотясь на юг,
Сосна на солнце жмурится.

Хотя и парит и печет,
Еще недели целые
Дороги сковывает лед
Корою почернелою.

В лесу еловый мусор, хлам,
И снегом всё завалено.
Водою с солнцем пополам
Затоплены проталины.

И небо в тучах как в пуху
Над грязной вешней жижицей
Застряло в сучьях наверху
И от жары не движется.
1956

Было на улице полутемно.
Стукнуло где-то под крышей окно.
Свет промелькнул, занавеска взвилась,
Быстрая тень со стены сорвалась, —
Счастлив, кто падает вниз головой:
Мир для него хоть на миг — а иной.

Владислав Ходасевич
1922

Фото авторское

Солнце клонится к закату. Небо высокое, чистый голубец. Легкие облачка лениво замерли в кажущейся неподвижности. Вот она минута-две вечернего волшебства. Солнце встало над морем на той высоте, что пробивается лучами на Восток и отражается золотом на стволах сосен перед моим домом. Никакими словами и фотографиями не передать золотой, багряно-медовый праздник вспыхнувшего солнечного всполоха.

Дорогие Друзья и гости! Праздник, где мы на какое-то время оторвались от суеты жизни и её забот, удался. Он раскрыл наши лучшие стороны нрава и таланта. Сами того не ведая, мы сделали важный следующий шаг в преображении собственной личности к надреальному уровню мышления вне времени и материи в пространстве непостижимых истин добра, ответственности, искренности и любви.

Думается, что надо продолжить традицию празднования дней рождения в блёстках. И есть у меня желание, в котором теплиться спасение – длить начатое мудрое и творческое начало здесь, сейчас и завтра. Не превращать фантасмагорическое в приземлённое, утомительное и скучное. Отринуть ханжество, обиды и являть лучшие стороны таланта, данного свыше, не скрывать трепет души под чучелом кугуара.

♫ Pavlo - Cafe Kastoria ♫

Находясь под сильным впечатлением от книги Бориса Пастернака«Доктор Живаго»., она писала автору:
« 14.10.48 …У меня есть мечта, по обстоятельствам моим не очень быстро выполнимая — мне бы хотелось иллюстрировать её, не совсем так, как обычно по всем правилам «оформляются» книги, т.е. обложка, форзац и т.д., а сделать несколько рисунков пером, попытаться легко прикрепить к бумаге образы, как они мерещатся, уловить их, понимаешь…



Невероятная история, случившаяся с Ариадной Эфрон, дочерью Марины Цветаевой. Поверить в это трудно, но ведь и не поверить тоже нельзя. Как бы сложилась её жизнь, если бы... И опять это чёртово сослагательное наклонение!
Вот рассказ Ариадны.

Скрытый текст

Когда я училась в художественной школе при Лувре, историю живописи нам преподавала изящная пожилая дама, носившая имя Де Костер. Она была внучкой или внучатой племянницей автора «Тиля Уленшпигеля» Шарля Де Костера.
Когда она нам представилась на первом занятии, я спросила: а не родственница ли вы, мадам… и она просто просияла. Французы вообще мало читают, и это был едва ли не первый случай в ее жизни, когда кто-то вспомнил ее знаменитого предка. И, конечно, после этого она прониклась ко мне самой сердечной симпатией. Вообще удивительную роль порой играют в нашей жизни книги. «Уленшпигель» был любимейшей книгой моего отрочества. А не попадись он мне, не знай я его — и не было бы всей дальнейшей истории, удивительно, право!
И вот однажды подошла она ко мне после занятий и попросила задержаться для разговора.
— Мадемуазель, — сказала она, — у нашего училища есть меценат, он англичанин, его имя господин Уодингтон. Я его никогда не видела, знакомы мы только по переписке. Его покойная жена много лет тому назад, это было еще до меня, некоторое время училась здесь. И в память о ней господин Уодингтон оплачивает курс какой-нибудь способной нашей ученице, которая стеснена в среgствах. В этом году как раз закончила его очередная пансионерка. Недавно я получила от него письмо с просьбой рекомендовать ему способную ученицу, и я выбрала вас, мадемуазель. Я написала ему о вас, о вашем происхождении, о ваших способностях, о вашем слабом здоровье. И вот сегодня я получила его ответ. Он сейчас на юге Франции, там у него дом, где он обычно проводит лето. Вот это письмо. Прочтите его, мадемуазель.
Я беру и читаю, как господин Уодингтон благодарит мадам Де Костер за рекомендацию la belle Ariane и пока что просит передать ей, то есть мне, его приглашение отдохнуть месяц или сколько она сможет в его доме недалеко от Марселя, укрепить своё слабое здоровье свежим воздухом и морскими купаниями. Море хоть и далеко от дома господина Уодингтона, но к ее услугам будет автомобиль с шофером…
— О, конечно, я еду!
Я расцеловала хрупкую мадам Уленшпигель, прижала недочитанное письмо к груди и помчалась домой.
Когда я показала письмо маме и сказала, что я уже дала согласие, она сказала:
— Ты с ума сошла!
— А что?
— А то, что, поехав в Марсель, ты можешь очутиться совсем в другом месте!
— Где, например?
— Где угодно: в Алжире, в публичном доме…
— О-о-о! Ну тогда я точно еду!
И я написала господину Уодингтону, что с благодарностью принимаю его приглашение.
И вот выхожу я из вагона на маленькой станции, не доезжая Марселя, выхожу со своим чемоданчиком и озираюсь на новое место, и тут около меня возникает человек:
— Мадемуазель гостья господина Уодингтона?
И как-то… удивленно, что ли, на меня смотрит. Как-то слишком внимательно.
Это оказался шофер присланного за мной автомобиля. И всю дорогу я болтала о погоде, о море, о Париже, а он время от времени взглядывал на меня так странно, что это даже стало меня беспокоить.
Наконец мы подъехали к воротам каменной ограды огромного парка, как мне показалось. Он посигналил, ворота открылись, и мы въехали в этот парк и мимо аллеи высоких розовых кустов подъехали к дому.
Это был старый каменный двухэтажный огромный дом под черепичной крышей с узкими окнами, на них были жалюзи, а иные были закрыты и ставнями — так живут на юге Франции летом, сохраняя прохладу в доме.
У крыльца встречали двое — мужчина и женщина. Увидев меня, они оба остолбенели, не отрывая от меня глаз. От смущения я сидела в автомобиле, пока шофер не обошел машину и не открыл мне дверцу. Я вылезла на их обозрение.
— Здравствуйте! — сказала я, чувствуя себя вполне идиотски.
— Здравствуйте, мадемуазель! — откликнулся мужчина и взял у шофера мой чемоданчик.
— Добро пожаловать, мадемуазель! — женщина тоже обрела дар речи и сделала приглашающий жест. — Пойдемте, мы проводим вас в ваши комнаты.
И пока мы шли по залам и коридорам, лестницам и переходам, женщина то и дело взглядывала на меня даже с каким-то ужасом.
«Да что же у меня на физиономии? Может быть, я перепачкалась в поезде? Сейчас в комнате достану пудреницу и посмотрюсь, в конце концов!»
Меня привели в чудесные комнаты на втором этаже, показали все, что мне могло понадобиться.
— А где же господин Уодингтон? — спросила я.
— Вы увидите его перед обедом. Он будет вас ждать в большом зале с камином, через который мы проходили. Обед у нас в пять. Отдыхайте с дороги, мадемуазель.
Я осталась одна. Разложив свои немудрящие вещицы, приняв душ и убедившись, что на моей физиономии не было никаких пятен и ничего необычного, я стала осматривать свои владения. Одна комната была прелестной спальней. Деревянная кровать, комод, туалетный столик, кресло, узкий платяной шкафчик. Все было чудесно убрано — постель, белье, покрывало, занавески, прикроватный коврик, салфетка и букет роз на комоде. Сквозь жалюзи я рассмотрела огромный, до самого горизонта, парк. Вторая комната была большая, угловая, с двумя окнами, с высоким книжным шкафом, набитым книгами и альбомами, на которые я жадно посмотрела сквозь стекла. У одного окна стояли большой дубовый стол, высокий стул и деревянная полка. И это оказалось сущей сокровищницей! На полке располагался целый художественный магазин: коробки с акварельными красками, сундучки с набором гуашей, деревянные пеналы с пастелью, пачки и стопы разных сортов бумаги… Я рассматривала все это и не верила своим глазам. Здесь можно было провести всю свою жизнь!
Я взглянула на часы, до обеда оставался час. Я села на высокий стул за этот чудесный рабочий стол, взяла бумагу из пачки и принялась катать восторженное письмо домой.
Без десяти пять я спустилась вниз. В огромном зале с камином было уже светло от раскрытых ставен. В нем никого не было. Я подошла к окнам полюбоваться видом, потом осмотрелась и, увидав на стене большой портрет, подошла к нему. И остолбенела. Я смотрела на этот портрет так же, как все слуги утром смотрели на меня, почти с ужасом. Это была пастель, очень хорошая. И на этом портрете была изображена я. Но не та я, которую я только что видела в зеркале, а я в будущем, когда мне будет лет тридцать. Я не могла оторвать глаз от портрета. В потрясении всех чувств я видела свое будущее, я читала в этом лице все чувства, которые я еще не пережила, в глазах этой женщины я видела захватывающую тайну всего, что мне предстоит испытать.
Я очнулась от боя часов и обернулась. У камина стоял высокий седой человек в черном. Это был господин Уодингтон.
Жена господина Уодингтона умерла совсем молодой от какой-то очень скоротечной болезни. Она была художницей, любительницей. Брала частные уроки, занималась в школе при Лувре.
Самое поразительное, что о нашем невероятном сходстве никто не подозревал до самого моего приезда. Потому что мадам Де Костер никогда не видела ни господина Уодингтона, ни его жены.
Сам он, впервые увидев меня в зале своего дома у портрета своей покойной жены (а это был ее автопортрет), едва не лишился чувств. Как он мне сам потом признался. А был он человеком очень стойким, бывшим офицером Британского флота. Он в ту минуту пережил чудо, он увидел, что само Небо и покойница-жена послали ему дочь. Именно так он понял, ибо при поразительном сходстве я была вдвое моложе женщины на портрете.
Прожила я там недели, помнится, две.
Господин Уодингтон предложил мне переехать с ним в Англию, где он оформит опекунство, сделает меня наследницей всего своего состояния, я буду жить в Лондоне, мне будет выделено ежемесячное содержание, из которого я смогу помогать своей семье. Я буду брать уроки гравюры (о чем я так мечтала и на что не хватало средств) у лучших английских мастеров.
Ну и все такое прочее, что ты можешь себе представить, а может быть, и не можешь.
И я, конечно, отказалась и уехала восвояси, в свою жизнь.
Когда осенью я пришла в школу, то узнала, что господин Уодингтон оплатил оба последних семестра моего обучения, благодаря чему я имею то образование, какое имею.
И вот подумай, как иначе — совсем иначе — могла сложиться моя жизнь, прими я предложение господина Уодингтона. Удивительно, правда?
Ариадна Эфрон (пересказ Е. Коркиной)

После возвращения в СССР Ариадна Эфрон, дочь Марины Цветаевой была арестована и провела в сталинских лагерях 16 лет. Реабилитирована в 1955 г.

Фото авторское

Над морем и пляжем господствовал унылый серый цвет. Ветер глухо, безрадостно гулял по пескам стоном, будто бы пришедшим из давних веков, из монастырей. Пустынный пляж казался вечным и немым, где прежде переливалась и била радостью жизнь. Божество майского солнца и аромата свежей зелени сидело в клетке, но в каждую секунду, минуту календарного времени стремилось освободиться и прогнать томительное физическое ожидание праздника - чуда весны.
А где то в Африке жизнь не переставала наслаждаться солнцем.

Привет из Африки



Cesária Evora - Angola (Official Video)

На фотографию Анеты

Я сегодня гуляю вдоль моря по Дзинтари,
Март теплом нерешительным дюны покрыл.
Подгоняемы ветрами, чайки, как мытари,
Оставляют небесные росчерки крыл.
Вдруг как чудо на пляже высокие столбики,
И от пальм деревянных неяркая тень.
Будто я перенесся в замбийские тропики,
Там где солнце палит и где красочен день.

23.03.2021
©

По ночному Богемскому лесу ...

По ночному Богемскому лесу, возвращаясь домой, девочка потерялась в чащобе, будто посередине мира. Уже который час ждали её родные. Ей грезился уютный дом, шоколад с горячим молоком и тёплая постелька. Она прислушалась к плеску озера, надеясь выйти к нему и вновь поискать правильную тропинку, но сковывала темень, ни звёздочки на небе, ни проблеска вокруг.

Ах, этот коварный прокуратор алхимико-эротического эксперимента, предпочитающий текстуре торжество вкуса, пытающийся вскрывать души, дабы познать сокровенность не познанную, непонятную женскую и никак не желающий признать, что в жизни рано или поздно наступает момент, когда надо отпустить прошлое, которое кружит по лесу и зябнет в лёгком кружевном платьице.

Девочка не чувствовала агрессии к тому, что её тревожило, царапало ветвями, заставляло оступаться на острых камнях, пугающе чавкало, шептало из таинственного озера. Она старалась не потерять свой прелестный зонтик, подаренный вихрастым мальчишкой, живущим на персиковой улице. Девочка крепилась любовью ко всему тому, что в её короткой жизни призвало и увлекало, и не теряла надежды.

Низкий глухой рокот вспорол тишину. Нет, ни зверя лютого. Рокот ширился с высоты закатного неба. Запоздалый самолёт летел по своим делам. Выкатилась полная луна, будто самолёт разрезал чёрное полотно небесного свода, и осветились тропинки. Девочка поправила завязки бантика на митенках, повернулась спиной к уснувшему озеру и вышла из леса.

После стольких испытаний, прежде чем подняться по ступенькам террасы дома, во всех окнах которого горел свет, она вскарабкалась на уличный фонарь, встала на цыпочки и поцеловала зажмурившуюся от удовольствия луну в её пухлую щечку. Золотисто карамельный рассвет застал в спаленке спящую девочку, и ласково коснулся её волос, переливаясь на тёмных локонах золотистыми отблесками.

Счастье - это то, без чего жизнь хороша, пока его нет,
прекрасна - когда оно есть,
и невыносима потом, если его вновь не станет...
Lemmili



Грустный день памяти и скорби.

Сегодня исполнилось бы 55 лет Поэту кинозала Lemmili.

Лучшее Lemmili. Светлая память Поэту Кинозал.ТВ

Стихи на фильм "Король Артур"

В ночи бежит электропровод
Неся в дома слепящий свет.
Мы видим всё. И это повод
Считать, что тайны больше нет...

Но нас не отпускает вера
В далёкий замок Камелот,
Где есть Артур и Гвиневера,
Драконы, Мерлин, Ланселот...

Там свечи вместо мониторов,
Там луки вместо "Калашей",
Там в небе - Один спорит с Тором,
В подвале - ловит кот мышей...

В многоэтажных пыльных клетках
Мы воздаём экраном честь
Простому счастью мудрых предков,
И тайно знаем - тайна есть!

Вот ещё нашла

Когда сужденье о кино
Разрешено запрещено -
Создать не худо б для неё
Особый статус "Ё-моё",
Присвоить званье флудодея
И кубок с надписью - "Иде я?!",
Залив в последний двести грамм -
Разбавить стресс от эпиграмм...

Как ёмко

Порою гнев тихонь
Страшнее, чем огонь...